Редакционный директор «Афиши» Юрий Сапрыкин в свете, судя по всему, кризиса засел за мемуары и вспоминает лихие девяностые:

«Мои функции в сфере пиар-обслуживания были просты: я развозил по редакциям конверты с деньгами. […] Отказались от конвертов лишь в двух редакциях — то были «Московские новости» и «Сегодня»; к сожалению, честность не помогла выжить в новой реальности ни тем, ни другим. Впрочем, тех, кто брал конверты, я тоже не осуждаю — то были святые люди, еще из советских редакций; возможно, им просто казалось, что теперь деньги, которые недавно обрели свойство исчезать, будут зарабатываться именно таким образом.

Впоследствии мне объясняли, что единственным идиотом в этой истории был я: нормальный пиарщик выудил бы из конвертов как минимум половину, а еще лучше присвоил бы все — и развел бы журналистов на интерес, поскольку журналисты, что тогда, что сейчас, все же не до конца верят, что деньги должны зарабатываться именно так».

В интервью «Афише» Леонид Парфенов объясняет возникновение термина «лихие девяностые»:

«Людям предложили такую формулу: девяностые — проклятое время. Они и согласились, потому что от советского стереотипа, на который путинская модель очень похожа, ведь трудно отказаться. Потому что — а что тогда будет? Вообще ничего! Кроме советского великодержавия — нет никакого другого идеала. Ведь не было никакого антисоветского Нюрнберга, никто же не расквитался с прошлым. И оно осталось «нашим славным», а непохожие на него 90-е — бесславными».

Наш берлинский друг Фальк Люке (Falk Lüke) подводит неутешительный итог восьмилетнему президентству Джорджа Буша-младшего:

Начав с победного поражения на первых выборах в 2000 году, Буш с его легендарным анти-интеллектуализмом показал миру, что происходит, если дать кому-то нож и не объяснить, что его можно использовать по-разному — можно резать хлеб, а можно — людей.

Коллеги из киноблога «Афиши» все, в общем, правильно написали:

Чем бы эта сказка не закончилась, на Новый год в кино пойти будет не на что. Должны были выйти лурмановская «Австралия» и «Мститель» Фрэнка Миллера со Скарлетт, и то и другое в итоге убрали, чтоб не попасть под Эрнста с Бондарчуком.

Это, кстати, отдельная форма российского свинства — портить нормальным людям Новый год — то «Иронией судьбы», то «Жарой», неизвестно еще что хуже. Они же не могут просто выпустить кино, им надо чтоб вокруг была выжженная земля, чтоб ближайший зал, где показывают что-то приличное был, не знаю, в Финляндии.

Фото: Майкл Хьюз.

Живущий в Германии фотограф Майкл Хьюз рассказывает о том, как ему удалось сделать снимок, иллюстрирующий эту заметку:

Холодным ноябрьским днем я стоял у скалы Лорелеи на Рейне в районе Кобленца. Я оказался здесь по заданию фоторедакции одной финской газеты, но для фотографирования день выдался неудачным. Освещение было просто ужасное, все вокруг — серое и скучное. На открытке, которую я купил для дочери, тот же пейзаж выглядел гораздо ярче и привлекательнее.

Приглядевшись к картинке, я вдруг понял, что стою в точности на том же месте, откуда был сделан этот снимок (вверху). Я взял открытку в левую руку, а фотоаппарат в правую. Миллиметр влево или вправо, поближе или подальше — и уже не будет полного совпадения. Я потратил целую пленку, чтобы добиться идеальной точности.

Фото: «Афиша».

Николай Валуев в интервью «Афише» рассказывает о том, как ему дались съемки в киноленте «Каменная башка» («Ну ничего особенно сложного не было. Хотя, знаете, нет, был один момент — ночные съемки. Я спортсмен, у меня график, я ночью спать привык. А тут нужно работать. Вот это было тяжело»), вспоминает добрым словом фильм «Рокки» и рассуждает о своей будущей кинокарьере.

Очень интересный текст, одним словом.

Пользуясь случаем, заметим в который уже раз, что Никлай Валуев очень все-таки похож на артиста Пита Постлтвейта.

Алексей Зимин рассуждает об алкоголе и том, когда его лучше всего употреблять:

Пьянство из уважаемой компоненты народной психеи стало занятием довольно маргинальным. Я тут провел небольшой социологический опрос, и выяснилось, что ерофеевский, довлатовский и даже хамфри-богартовский тип пьяницы у так называемой прогрессивной публики вызывает в лучшем случае смесь любопытства пополам с брезгливостью. Удивительное дело, как за какие-то несколько лет поменялся культурный код.

Речь о том, что замечательная русская традиция напиваться до беспамятства в больших городах постепенно затихает. Мы и сами замечаем, к слову, как водка и даже виски уступают место в нашей продуктовой корзине балканским и латино-американским винам.

Наш читатель Алексей Непомнящий поделился прекрасной новостью из рубрики «Международная панорама»: глава МИД России Сергей Лавров обматерил министра иностранных дел Великобритании Дэвида Милибэнда.

Во время телефонного разговора с британским коллегой, Сергей Лавров, в частности, поинтересовался: «Who are you to fucking lecture me?» («Кто вы, блядь, такой, чтобы меня учить?»), сообщает газета Telegraph.

То есть, российский министр тут даже переплюнул грузинского посла, поклявшегося однажды мамой, что Грузия не будет воевать с Абхазией.

PS Уже после того, как эта заметка была опубликована, мы придумали еще один смешной заголовок по теме: «Посол ты».

Писатель Владимир Крупин:

Вот литераторы типа Приставкина, объединение «Апрель» — они всегда говорили: мол, как только нам можно будет говорить без цензуры, так мы уж скажем такое, что мир вздрогнет. И что они сказали? Да ничего. Пошла похабщина, пошла порнография, пошла литература этих приговых да сорокиных.

Но это все скоро провалится в черную дыру, вот увидите. В России сначала надо умереть, а потом подождать лет пятнадцать, чтобы понять, кем в действительности был писатель. О Пушкине в последние годы его жизни говорили, что он исписался, жена родная писала ему: «Саша, ты исписался!» Время показало, кто исписался, а кто нет.

Тут кинокритик Волобуев выступил со своеобразной интерпретацией места Тома Круза в мировой культурой, не процитировать которую мы никак не можем:

Надо помнить, откуда Круз взялся изначально. В 80-е великий продюсер Дон Симпсон придумал, что фильмы для широкой аудитории можно снимать, как гей-порно, вообще эстетика гей-культуры, как самая на тот момент прогрессивная, прорвалась в гетеросексуальный масскульт. Вспомните: «Флэшданс» Эдриана Лайна, «Топ Ган» — одни названия чего стоят. И Круз был для этого порнографического концепта ключевым элементом. Круз это, строго говоря, хуй. У него и мимика как у хуя, и он все время как-то неестественно напряжен — вы видели когда-нибудь расслабленого Круза? Это гениально почувствовал П. Т. Андерсон, у которого в «Магнолии» Круз как-раз играет человека-хуя, кричит: «Respect the cock!» и проч. В этом, видимо, был секрет многолетней привлекательности Круза для самых разных групп зрителей.

В принципе, после такого исследования критику Волобуеву можно простить даже альтернативную рецензию на «Темного рыцаря».

Писатель Джаред Даймонд:

— Демократия в качестве источника опасности, ведущей к коллапсу, располагается в моем списке угроз человечеству гораздо ниже, примерно между угрозой, исходящей от капусты, и опасностью кошек.

Одно из моих любимых занятий во время путешествий — лежать в номере отеля, переключая спутниковые каналы. Привычно-рассудительные BBC и CNN сменяются суетливым Bloomberg, за нелепым французским музыкальным каналом следует основательный Discovery Channel, а после Al Jazeera есть шанс наткнуться на «Беларусь-ТВ».

Однажды мне очень повезло: телевизор был настроен одновременно на три туркменских канала. Туркменское телевидение вообще трудно поддается описанию, его стоит все-таки хоть раз увидеть своими глазами. Мне довелось посмотреть поразительную туркменскую передачу: выступление Туркменбаши, цитирующего книгу Туркменбаши на фоне огромного портрета Туркменбаши, транслировалось на канале с логотипом в виде золотого профиля Туркменбаши в углу.

Среди всех этих эфирных находок своей удивительной неторопливостью выделяется китайское экспортное телевидение, представленное обычно несколькими каналами, в том числе, CCTV4 — круглосуточный канал на китайском языке, целевой аудиторией которого являются, судя по всему, китайские экспаты.

Катя Метелица сформулировала особенности, кхм, формата указанного телеканала таким образом, что добавить, пожалуй, ничего нельзя:

— Предельная аскетичность картинки и медленность действия завораживают: вот четыре некрасивых человека в течение часа готовят соевый омлет: приготовят, попробуют, поговорят — и заново, приготовят — и заново; как видео-инсталляция. Покончили наконец с омлетом — получите хорошую порцию пинг-понга. А вот две девушки соревнуются, кто из них больше проделает дырочек в жемчужинах — для продырявливания жемчуга, если вы не знаете, используют миниатюрные сверлильные станочки.

Журнал «Власть» опубликовал интервью с бывшим сокамерником Михаила Ходорковского, которому, к слову, 26 июня исполнилось 45 лет:

— Однажды я попробовал перейти с ним на «ты», но сразу натолкнулся на такой стальной взгляд, что оставил попытки. Михаил Борисович объяснил мне, что на «вы» он обращается всегда и ко всем, выказывая таким образом уважение к человеку, так, мол, его воспитали, менять привычки в тюрьме он не собирается. Михаил Борисович так себя поставил, что даже сотрудники всегда называли его на «вы» и по имени и отчеству.

Фото: КРЖ.

Меньше недели остается до ликвидации РАО ЕЭС, после которой Анатолий Чубайс, очевидно, останется без работы на какое-то время. Аналитики высказывают предположения о его будущем трудоустройстве, сам же Чубайс пока озвучил (вероятно, в шутку) только желание выйти на пенсию.

С точкой зрения писателя Проханова вы, вероятно, уже знакомы, а вот как провожает Чубайса на предполагаемую пенсию президент Института энергетической политики Владимир Милов:

— Я не из числа огульных критиков Анатолия Чубайса. Его позитивная роль для российской электроэнергетики (и не только) неоспорима. Чубайс пришел в непрозрачную отрасль, разъедаемую неплатежами, долгами и убытками, энергосистему, перманентно работавшую с пониженной частотой электрического тока. Оставляет после ухода — качественно иную электроэнергетику. Однако паутина тактических компромиссов и ориентация преимущественно на промежуточный результат, взятые на вооружение в ходе продвижения реформ, безнадежно затянули преобразования, размыли их смысл, не сделали основные результаты — свободное ценообразование и конкуренцию — необратимыми. Уход Чубайса из отрасли не может не оставить впечатления неоконченной работы.

Год назад, выступая на семинаре Клуба региональной журналистики, Анатолий Чубайс сам сформулировал некоторые итоги энергореформы:

— Я бы мог перечислять целый ряд эффектов рынка. Я убедился в том, что как-то давно знал, а потом забыл. Но я знал точно, что рынок — это самое величайшее изобретение человечества за последние две тысячи лет.

«Утвержденная программа предусматривает в 2006-2010 годах объем ввода мощностей, недостижимый в советские времена — 41 тысячу мегаватт, — рассказывает Чубайс. — Только в 2010 году мы введем 22 тысяч. При этом максимальный объем годовых вводов в СССР был 9 тысяч мегаватт».

«Реформа — это основа развития, — продолжает Анатолий Чубайс. — Независимо от того, какой была поддержка, каково было отношение к тем, кто это делал. Без нее двигаться невозможно. Пока ты пробиваешь реформу, ты получаешь все противостояния, все виды обвинений и претензий, начиная от обвинений в шпионаже в пользу ЦРУ и «Мосада», заканчивая уж не знаю чем. Но когда реформа завершается, тебе говорят: «Ну, давно ясно, что это надо было сделать. Можно было, конечно, сделать лучше, но уж ладно». Страница перелистывается».

Основатель «Вымпелкома» Дмитрий Зимин — об устройстве мира:

— Увеличивается разрыв между вершинами научной мысли и расхожими представлениями обычных людей о том, как устроен мир. Даже на бытовом уровне. Когда я был молодым человеком, меня окружали предметы, которые я понимал: керосинка, керогаз, пробки починить… Я был радиолюбителем, я сам ремонтировал телевизор, копался в мотоцикле, понимал, как устроен карбюратор.

Теперь я поднимаю капот своего «Рейндж Ровера», а там плита какая-то лежит и черт знает что под ней. А телевизор теперь — это одна микросхема, и я, профессиональный радиоинженер, весьма смутно представляю себе, как она устроена.