Диалоги Диалоги: полезность, сингулярность и критическая масса винтиков

01.07.14 17:17 ,

Денис Балуев и Илья Кабанов

«Диалоги» – это новая рубрика metkere.com, в рамках которой Денис Балуев и Илья Кабанов обсуждают науку, культуру, образование, технологии, книги, фильмы, подкасты, лекции, еду, напитки, женщин, мужчин, космонавтов и другие волнующие всех события и явления. В третьей серии речь идет о соотношении полезного и бесполезного, технологической сингулярности, расширении кругозора и приложениях, которые спасают жизнь.

ИК: Новый выпуск диалогов я хочу начать с разговора о полезном и бесполезном. Я понимаю, что большую часть жизни занимался ерундой: играл в компьютерные игры, отчаянно напивался, был мировым чемпионом по прокрастинации. Все эти занятия приносили мне известное удовольствие, но пользы от них не было. Я потратил двадцать лет на глупости, хотя мог бы провести это время с большим практическими смыслом. Собственно, поэтому я сейчас и ударился в другую крайность, начав читать ударными темпами и проходить все онлайн‐курсы на свете. Как ты определяешь границы полезного и бесполезного? Позволяешь ли себе тратить время на бесполезную фигню? Что вообще считаешь такой фигней?

ДБ: Понимаешь, мы с тобой шли немного разными путями к тому, где находимся сейчас. Лет до 30 я считал единственно правильным – «мужским» – подходом стопроцентную рациональность. Заниматься только тем, что приносит немедленную пользу. Все остальное – ерунда и праздность, которой по возможности следует избегать. Любая активность оценивалась на предмет материальной выгоды в ближайшем будущем.

Всего остального я, честно говоря, немного стеснялся. Ты знаешь, это вообще мое любимое занятие. Стеснялся фантастических рассказов, которые писал в институте. Не афишировал свой блог, о котором даже не рассказывал коллегам и просто не знал, куда себя девать, когда финансовый директор компании, где я работал, мимоходом сообщил, что читает lifehack.ru.

Потом мне это надоело. Гнаться за сиюминутной пользой и отдачей, по меньшей мере, недальновидно. Жизнь нужно воспринимать во всем ее многообразии; мы даже не можем себе предположить, что из сделанного, увиденного, прочитанного сделает нас счастливее или сильнее. Поэтому теперь я с удовольствием прохожу олнайновые курсы, смотрю два сериала (Two and a half men и Californication), а на днях совсем сошел с ума и купил в фирменном приложении Marvel для iOS подшивку комиксов про Железного Человека.

Но тут есть одна штука, которая мне кажется важной, и о которой как раз ты и пишешь.

Чтобы совсем не скатиться в безудержное потребление всего и вся, я постоянно придумываю какие‐то применения того, что потребляю. Знаешь, как в учебнике в конце каждой главы есть вопросы для самопроверки. Что‐то вроде того.

Например, если я смотрю сериал, то без перевода и субтитров – это помогает не забывать английский и лишний раз напоминает о том, сколько же хорошая комедия теряет даже в самом хорошем переводе. Недавно наткнулся на объяснение шутки That’s what she said – теперь хочется заново пересмотреть последний сезон «Двух с половиной человек», где эта хохма была почти в каждой серии.

На работе применяю знания из онлайн‐курса по Machine Learning на Coursera – для одного из клиентов мы сейчас (тсс!) делаем систему прогноза продаж. Она на основе данных прошлых лет с помощью разных алгоритмов пытается понять, что влияет на количество проданных товаров: погода, местоположение, праздники и так далее и затем принимает решение о покупке. О результатах пока говорить рано, но одно могу сказать точно: смотреть лекции и делать учебные задания это одно, а пытаться построить работающую систему на основе неполных и неточных (зато реальных!) данных – гораздо более сложная, объемная и интересная задача.

ИК: Вообще, кажется, мы сейчас пытаемся изобрести то, что умные люди давно сформулировали. Но придумывать теории самим явно интереснее, чем читать о них в «Википедии», поэтому продолжим. Единственный действительно ограниченный ресурс – это время. От того, на что мы его тратим, зависит траектория, по которой мы идем. Нельзя делать все, что хочется, нужно выбирать. Можно тратить время на то, что создает материальное благополучие – это, видимо, модель поведения Дениса Балуева до 30 лет. Можно тратить время на удовольствия, не думая о будущем – это история моей жизни примерно до прошлого года. Вероятно, в идеальном мире есть какой‐то баланс этих двух моделей, но возникает вопрос о пропорции.

Я для себя выбрал такой критерий – трачу время на то, что расширяет кругозор. Оглядываясь назад я понимаю, что использовал его всегда, просто не так активно, как в последнее время. Интересная работа, безусловно, расширяет кругозор – заносим ее в актив. Скучная работа бесполезна в этом плане (хотя и может приносить деньги) – ее вычеркиваем и всячески избегаем. Книги, курсы, разговоры с умными людьми – да, да, да; сегодня я знаю намного больше, чем пару лет назад только благодаря всему этому. Путешествия – разумеется, это великий способ узнавать новое. Алкоголь – нет, он сужает кругозор; одни и те же компании, бесконечные повторения глупых шуток, ну и времени ни на что другое не остается.

Я удалил приложения «Фейсбука» и «Вконтакта» из айпода, потому что кругозор они не расширяли. Почти перестал читать «новости», потому что это просто другая форма аддикции: вместо того, чтобы следить за дураками‐депутатами, я лучше узнаю, что нового выяснили про эволюцию неандертальцев.

Под раздачу попал даже футбол. Я понимаю, какую пользу принесет мне игра на площадке, но полтора часа перед телевизором или планшетом – это же беззастенчивое убийство времени. На этом остановлюсь, чтобы не распугать окончательно немногих спортивных фанатов, которые, возможно, все еще читают наши диалоги.

ДБ: «Фейсбук» я сам давно порываюсь удалить отовсюду, а вот «вКонтакте» мы приучились использовать как мессенджер для рабочих вопросов – у него есть клиент под все платформы плюс поиск по истории сообщений. Оказалось, это удобнее «Скайпа» и WhatsApp.

ИК: К тенденции «И для этого тоже есть приложение»: появился мессенджер, позволяющий делать только одну вещь – говорить собеседнику «Йо».

Мне кажется, это все, конечная станция, просьба освободить вагоны. Индустрия сделала полный оборот – от порталов про всё до мессенджера про йоу – и укусила себя за хвост. Ты вот тратишь время на создание нового подхода к чтению, а коллеги в это время не парятся и выпускают йоуфоны. Дурову нужно срочно выпустить русскую версию с одной лишь функцией – делать «ку». (Пока «Диалоги» готовились к выпуску, какие‐то шутники действительно выпустили приложение «Ку» – прим. metkere.com)

ДБ: Старик Курцвел, рассказывая о технологической сингулярности, был не так уж и неправ. Мы действительно уже сегодня не можем предвидеть, какую очередную техническую или софтовую новинку представят миру завтра. Но это не делает их значимыми, полезными или незаменимыми. Наоборот, теперь они создаются за несколько часов и тысячами выбрасываются на рынок. Но и время их жизни ограничено все больше неделями или даже днями. Сами по себе бесполезные, они привлекают внимание пользователя только до того момента, пока их не позовут попробовать очередную новинку.

ИК: Начал читать «Книгу 2.0″ Джейсона Меркоски, одного из создателей Kindle. Не лучшая книга года, но хорошо описан процесс разработки, а главное, автор пытается придумать новые метафоры для привычных книжных атрибутов вроде закладок, рюкзаков, полок и остального. Глава про появление электронных книг у него начинается с такой фальшивой легенды:

Революция электронных книг началась в 2003 году, когда вице‐президент Sony по НИОКР провел неделю в ловушке ледяной пещеры после несчастного случая во время катания на лыжах. Он сломал ногу и вынужден был пить собственную мочу, пока его не спасли. Он смотрел на экран своего мобильника в надежде поймать сигнал и думал: «Вот если бы у меня в сотовом телефоне или другом устройстве прямо с собой была книга о выживании в экстремальных условиях». Так у него появилась идея первого ридера Sony.

Это, конечно, выдумка, но она навела меня на мысль о задачах, которые сегодня решают разработчики приложений, гаджетов и технологий в целом. О чем думают такие разработчики? «Давайте сделаем финтифлюшку, про которую напишут все отраслевые СМИ, чтобы инвесторы были в восторге». В лучшем случае они размышляют так: «У нас есть понимание того, как реализовать эту штуку, давайте сделаем ее».

Никто не пытается спасти мир, появление новых технологий уже давно не меняет ничего. Раньше главной движущей силой научно‐технического прогресса были войны и изобретения либо помогали сохранять жизни, либо убивать больше (тем самым сохраняя жизни своих солдат). Сейчас, кажется, настоящие новаторы остались разве что в Сирии и других горячих точках, где из смартфонов собирают системы наведения ракет.

Хочешь выпустить новое приложение? Подумай о том, сколько жизней оно спасет. Если ответ «меньше одной», то займись чем‐то другим.

ДБ: Меня в современных технологических новинках смущает их осторожность, аккуратность, доводящая до того, что новые идеи буквально высасываются из пальца и решают несуществующие задачи – в очередной раз на конференции для разработчиков Google I/O нам показали «умные часы». Они непрерывно вибрируют на запястье владельца и требуют частой зарядки от батареи. При этом ни одной настоящей потребности они не решают, если, конечно, не считать проблемой необходимость достать мобильный телефон из сумки, чтобы ответить на звонок. Очередное «решение в поисках проблемы».

Возможно, это говорит о том, что новые технологические прорывы нужно начать искать в других областях – медицине, защите окружающей среды, транспорте, робототехнике. Например, вчера узнал новом проекте на Кикстартере под названием AirDog – квадрокоптере с гироскопом и камерой, которая всюду следует за своим владельцам.

Сразу вспоминается фантастический рассказ Уильяма Тенна «Срок авансом»:

Диктор спросил, думает ли он, что Земля за это время сильно изменилась. Крэндол приготовился пожать плечами, потом вдруг усмехнулся. – Одну заметную перемену я вижу уже сейчас, – сказал он. – Вот эти парящие в воздухе камеры, которыми управляют с помощью маленьких коробочек. В тот день, когда я расстался с Землей, этого еще не существовало. Изобретатель, наверное, неглупый человек.

Один в один. И всего за $1200 – то есть, это рынок конечного потребителя. Изобретатели (а, точнее, талантливые компиляторы – все компоненты «Воздушного пса» были доступны и ранее) почему‐то фокусируются на спортивном применении своего устройства. А как по мне, так эту штуку возьмут себе на вооружение региональные телекомпании, охранные агентства и даже беспокойные родители, которые будут таким образом «провожать» детей в школу. Скоро от дронов в воздухе будет тесно так же, как сейчас на Ленинградском шоссе в час пик. О защите воздушного пространства и персональных зенитных установках и дронах‐перехватчиках пока мало кто задумывается, а зря. Вот где могут быть прорывы, вот где новые рынки.

ИК: Давай попробуем набросать список «полезных изобретений» последнего времени? Что‐то бесспорно делающее мир лучше, а не просто очередное приложение для заказа такси, пока занимаешься йогой, пока учишь китайский язык.

Вот то, что делает Илон Маск – особенно история с патентами – это из этой области, мне кажется. Еще был стартап, который занимался продажей леса. То есть, человек платил за то, чтобы от его имени в каких‐то медвежьих углах лесники посадили бы гектар‐другой деревьев. Наверняка есть что‐то еще.

ДБ: Знаешь, у меня есть список компаний, людей и технологий, за которыми я слежу уже много лет. Прорывы редко случаются на пустом месте – обычно им все‐таки предшествует какая‐то база, критический набор винтиков и шестеренок, которые рано или поздно собираются в работающий механизм. Быстро только Yo’шки родятся.

Итак, мой список:

Boston dynamics с ее робототехникой – Big Dog, Petman и то, что нам еще не показывали, но наверняка демонстрировали военным из министерства обороны США. Недавно куплена компанией Google – кстати, как раз с этим связан протест активиста на конференции Google I/O на прошлой неделе. Перекрикивая докладчика, он кричал что‐то вроде: «Вы все работаете на компанию, которая производит роботов‐убийц».

ABBYY и ее технология понимания текста Compreno. Огромное количество человеко‐лет потрачено на разработку: я еще в школе учился, когда они анонсировали начало работ. Результаты впечатляют. Compreno будет использоваться в тех областях человеческого знания, где необходимо понимание текста, вычленение из него смысла. Изначально заточенная на перевод, теперь Compreno предлагается использовать для оценки тональности сообщений в соцсетях, классификации документов, многоязычного поиска, поиск фактов и доказательств в документах.

IBM Watson. Названная в честь основателя компании (а вовсе не друга Шерлока Холмса) система используется не только для того, чтобы выигрывать викторину Jeopardy!, но и для поиска правильного диагностики больных, финансового анализа, управления розничными ценами, помощи ученым в научных исследованиях. Все время ругаю себя за то, что до сих пор не разобрался в общих принципах работы Watson. Нужно восполнить этот пробел.

Wolfram research и ее основатель Стивен Вольфрам. Сложный, но, несомненно, гениальный человек, который пытается интегрировать в традиционные языки программирования знания о мире. Вообще все знания. Вот впечатляющее видео, в котором Стивен показывает, что умеет его Wolfram Language:

Из нового: висцеральная теория сна, которая утверждает, что организм использует сон для восстановления внутренних органов. Если она получит подтверждение, то это изменит наше представление о том, как нужно правильно жить. Как человек, которому для нормального самочувствия нужно минимум 8 часов сна ежедневно, я эту теорию всецело поддерживаю.

Понравилась заметка? Получайте еженедельный дайджест наших лучших материалов: