Интервью, Политика «Происходящее на Майдане – это лучшее, что случалось с Украиной»

27.02.14 14:48 , , , ,

Настя Пустова

После трехмесячного противостояния и человеческих жертв президент Украины сбежал в Россию, новое правительство формируется с учетом мнения протестующих, а в Крыму, похоже, начинается война. Инициатор самоорганизации одной их волонтерских групп в Киеве, а в мирное время стратег digital-агентства PRODIGI Анастасия Пустова рассказала metkere.com о том, как совмещать офисную работу с гражданским протестом, кому нужна помощь после победы революции и есть ли жизнь после Майдана.

— Что сейчас происходит в Киеве? Чем ты занимаешься?

— Я сейчас с 8 утра до полуночи, если не позже, занимаюсь координацией закрытой фейсбук-группы, в которой собрались люди, которые хотели бы как-то помочь, но не знают как. После одного моего поста о том, как можно помочь, не вставая с рабочего места, все они напали на меня с просьбой рассказать, что им делать.

В группу набралось больше 900 человек, поток информации огромный. Поэтому о том, что происходит в Киеве, я больше знаю через призму запросов о помощи, которые к нам приходят. Первые дни были очень горячими, потому что, несмотря на обилие свободного времени у народа, ограниченного в перемещениях из-за перекрытия метро, было много раненных и пострадавших, паника в координации, появлялись запросы на редкие и дорогие лекарства, генераторы для полевых госпиталей, защиту медицинских бригад (каски, маски и прочее).

Сейчас запросы приходят, в основном, хозяйственные, для поддержки протестующих. Не хватает бытовых штук, средств связи для координации (старые трубки и пополнение счетов). Над пострадавшими серьезно стараются взять шефство фонды и благотворительные организации, мы иногда тоже перечисляем небольшие суммы денег на проверенные реквизиты.

А на самом Майдане я не была уже недели две, даже стыдно, но, кажется, что я полезнее тут, у компьютера.

— Как жители Киева совмещали Майдан и работу? Как вообще это выглядело – с 10 до 18 в офисе, потом строим баррикады?

— Многие именно так и делали. Компании с пониманием относились к ситуации, наши ребята, например, делили ночные дежурства на баррикадах, соответственно некоторые приходили в офис рано утром, чтобы раньше уйти, а некоторые наоборот – работали допоздна, чтобы позже приходить в офис. Обычно днем и ночью людей на площади было меньше, а вот вечером там собиралась большая сходка. Одни приходили просто постоять, другие – разнести еду или поволонтерить.

— Чем отличался этот Майдан от событий 2004 года?

— Мне было 18 лет, казалось бы, самое время для революционной романтики, но даже нежный возраст не помог мне сильно поверить в то, что я вижу. Я была рада, что люди поднялись с диванов и пошли на площадь стоять за свой выбор. Но там было отлично видно, кто заинтересован в этом. Был единый кандидат, была видна организация извне, брендированные палатки, полевые кухни, поставки продуктов, рупоры, рации. И, конечно же, флаги партии Ющенко повсюду. Четкая акция с хорошим финансированием.

Я желала людям победы, по крайней мере, чтобы у них появилось чувство ответственности за то, что они выбирают. 10 лет оно вызревало и выстрелило совершенно невероятным образом, неожиданно даже для так называемых «лидеров оппозиции». Нашелся повод и люди вышли на улицу. Оппозиция пыталась примазаться к действу, но у нее до сих пор не сильно получилось. Поэтому на Майдане так мало партийных флагов, поэтому каждого из «лидеров» по очереди заулюлюкивали на площади, поэтому выступление Юльки (как и плакат с ее лицом на елке) вызвали такое раздражение. И потому я в эту революцию верю больше. Я верю, что появился шанс все сделать правильно, ведь даже после отставки Януковича никто не расходится – они будут стоять там, реагировать на каждый дурацкий законопроект (например, закон о языке: людей он вообще сейчас не волнует, не это сейчас важно), и быть напоминанием власти о том, кому она подотчетна.

— Как твои родители и их ровесники относятся к этой движухе?

— По-разному. Кто-то фанатично поддерживает, тратит последние сбережения на пожертвования и помощь. Кто-то скептично хмурится и ищет во всем руку Запада. Эту руку, к слову, я силюсь разглядеть, но пока что-то не сильно вижу: Европа и США сливали Украину, выражая «глубокую обеспокоенность» вместо введения санкций или финансирования какого-то единого кандидата и построения его авторитета, спасибо, блин, большое.

Меня поразил мой 65-летний отец, русский до костного мозга, который всегда крайне надменно относился к украинской национальной теме и мечтал воссоединиться с Россией. Я с ним все школьные годы спорила по поводу языковых и исторических вопросов. Теперь, когда я первый раз изложила свои взгляды на ситуацию в семейном кругу, папа сказал «ты абсолютно права». Сейчас, когда я рассказываю, чем занимаюсь и что помогаю людям, как могу, он говорит, что гордится мной.

— Что дальше? Чем через месяц-другой ты будешь заниматься, что будут делать люди, стоящие сегодня на Майдане?

— Дальше – сложнее. Разрушить – дело, требующее силы и упорства. Построить – дело видения, старательности и ума.

Мы еще даже не дорушили то, что настроил наш дражайший гарант за 10 лет (я не про Межигорье, его охраняет народная самооборона и собирает деньги и волонтеров на уход за его зоопарком; по-моему, это очень мило – «украинские фашисты кормят зверушек»). Пока «Партия регионов» в парламенте, пока все виновные в кровопролитии и сотне смертей с обеих сторон баррикад не изолированы, мы еще ничего не сделали. Сейчас часто звучит слово «люстрация», и мне очень нравится как оно звучит. Народ настроен решительно, он почувствовал свою силу, почувствовал, что и без лидеров и чужого кошелька нормально справляется. Самоорганизация, самосознание и гражданское общество расцвели буйным цветом.

Например, когда склады Украинского Дома стали переполняться присланной людьми едой, координаторы пищеблока попросили организовать ее вывоз в столовые для малоимущих и детдома, мы туда пару экипажей из нашей группы отправили, так что все чистая правда, мы отвозили в детдом в пригороде, который согласился принять продукты без сертификации (в детдомах с этим обычно строго, но тут, видимо, совсем голодно было).

Да что там, один сухой закон на три месяца чего стоит. Вы не поверите: на Майдане нет пьяных, их туда не пускают, а если они появляются, то их вежливо провожают к выходу или организовывают доставку домой. Бесплатно.

Я, скорее всего, наивный идеалист, но, думаю, люди справятся. Люди у нас крутые. Они не ненавидят русских, они просто посмотрели на то, что понастроил за 10 лет Янукович, и решили, что сами умеют лучше. Если бы вы видели, как они строили баррикады, вы бы поняли – могут. Даже если у них не сразу получится, то, что сейчас происходит – лучшее что случалось с этой страной за последние я даже не знаю сколько лет. В общем, приезжайте на Майдан, вы такое мало где увидите. Майдан был самым ухоженным и расчищенным местом в городе зимой. Это город внутри города, где люди вежливые, где каждый делает что может, и всем хорошо от этого. Приезжайте посмотреть, вы сразу поймете, что этот народ способен на многое. Кстати, русским на Майдане ничего не грозит, мой друг из Москвы щеголял своим московским говорком на выходных, все только рады.

Понравилась заметка? Получайте еженедельный дайджест наших лучших материалов: